Театр абсурда

 

 

Мой шеф, Ким Александрович, говорил, что у нас у всех психология «найти дырку в заборе». Он был прав.

Наш институт сверхтвёрдых материалов был расположен на огромной территории, обнесённой бетонным забором. На входе стояли милиционеры, которых мы называли «нэ вэлэно». С территории, естественно, ничего нельзя было выносить. На деле это никого не беспокоило – никаких досмотров или обысков не было. И кое-что выносилось, но мой рассказ не об этом. Хуже, что запрещалось что-либо заносить. Для женских сумочек (за которые сходили и весьма объёмистые ридикюли) делалось исключение. Но, например, портфель или (упаси бог) авоська с продуктами – ни-ни. Перед проходной была камера хранения с запирающимися ячейками и открытыми полками. Ячейки, как правило, заполнялись с самого утра начальством. Ибо известное дело, что начальник без портфеля не начальник. А вот если успел в обед сбегать на Куренёвский рынок за картошкой или добежал до гастрономчика, в котором «давали» яйца, то оставляй продукты на полках на свой страх и риск. Камера никем не охранялась. А ещё рядом с камерой был магазин для выдачи пайков.

Для тех, кто забыл или молод: пайки – это наборы продуктов, которые в магазине не купишь, а на предприятиях иногда распределяли. В основном по жребию. Счастливый обладатель пайка вечером докладывал семье: «мне сегодня повезло! Вытянул курицу!» И жена счастливо улыбалась и понимала, что вытягивание курицы обозначает, что на работе у мужа разыгрывали пайки и мужу досталась курица. Не бесплатно, конечно, но не по базарной же цене. Что такое базарная цена и чем отличалась от цены магазинной я объяснять не буду – сами догадаетесь.

В этот день привезли пайки, довольно много. В пайках были баночки дефицитных консервов – сайра, лосось, завтрак туриста, шпроты (!!!!) и пару килек в томате в придачу. В каждом наборе 8 банок и наборов было до десяти на отдел. Получать заветные консервы на каждый отдел (а их в Институте было 20 или чуть больше) отправляли двоих – профорга и помощника. Получили мы быстро, но вот проблема – заносить на территорию ничего нельзя. Оставить такие дорогие продукты на открытых полках в камере тоже не хочется. Так и собралось толпа в  40 человек перед проходной, где грудью стоял «нэ вэлэно». Попытались дозвониться до заместителя директора по хозяйственным вопросам – отсутствует.

И тут один инженер из шестого отдела говорит: я вчера проходил мимо поликлиники (была у нас и своя поликлиника на территории) и видел, как из-под забора вылезла кошка. Значит там есть дырка, а если кошка пролезла, то и баночку прокатить можно. Окрылённые гениальной идеей, быстро разделились на две группы – одна с банками отправилась искать дырку снаружи, другая с пустыми руками пошла вдоль забора изнутри. И мы дырку нашли! Вполне солидные люди, кандидаты наук, были счастливы присесть на корточки и прокатить под забором баночки по одной. В общем, справились довольно быстро и, главное, успешно!

Когда меня спрашивают, зачем мы уехали из такого чудесного города Киев в пыльную Беэр Шеву, я всегда вспоминаю как прокатывала под забором в дырку баночки и была этим счастлива.

 

Юбилей с приключениями.

- Я тебе рассказывала, как мы праздновали тёти Верино 70-летие? – спросила Марина

- Не помню

- Значит не рассказывала, ты бы не забыла.

О легендарной тёте Вере я слышала так много, что мне порой кажется, что и я была с ней знакома. Вот из этих рассказов я и написала небольшой рассказ от лица моей подруги.

Не в каждой семье есть добрый ангел. Мне повезло, в нашей семье он был. Таким ангелом была тётя Вера - старшая сестра моего папы. Ей выпала нелёгкая жизнь, наверное, ангелам вообще приходится несладко. Сначала она воспитывала младшую сестричку, потом заботилась о родителях и помогала всем, кому только могла. Своих детей у неё не было и нам, её племянникам, доставалась вся доброта широкой души. Была она чудесной хозяйкой, замечательно готовила и пекла. Таких пирожков как у тёти Веры ни у кого я не ела. А как она умела гладить! Я обожала её крахмальные простыни – они чудесно хрустели и так пахли! Меня и сестру отправляли к тёте Вере как других детей к бабушке – у неё было вкусно, тепло и всегда интересно. Тётя собирала библиотеку – больше для нас, чем для себя. Благодаря ей я прочла многое из классики, в Сакской библиотеке хороших книг было не много. Когда я стала постарше, на зимние каникулы тётя Вера возила меня в Москву и её московские подруги доставали немыслимые билеты – на ёлку в Кремлёвском дворце, в театр Современник, в Большой. У моей тёти было множество друзей, она умела замечательно общаться.

Тётя Вера была легка на подъём и меняла не только квартиры, но и город. Из Сак она переехала в Алупку и летом её квартира никогда не пустовала. А какие интересные люди у неё останавливались!

Тётя Вера могла договориться с кем угодно, она обладала потрясающим даром убеждения. Вот вам пример. Я с пятимесячным ребёнком летела к родителям, в Крым. Посадка. На руках малыш, на плече тяжеленная сумка. Смотрю, к самолёту подкатывает машина с прицепом - для разгрузки багажа. На горе чемоданов гордо восседала тётя Вера! И, тут же, забрала у меня ребёнка. Ну кто ещё был способен договориться, чтобы его пустили на лётное поле?  

После института мы с мужем получили направление в Ивано-Франковск. О том как мы прописывались и получали общежитие для семейных можно написать сочинение с эпиграфом «нет повести печальнее на свете». А о том какое это было чудное общежитие и вспоминать неохота, как-нибудь в другой раз.  Вскоре у нас родился сынишка, через четыре года дочка, а мы так и жили в одной комнате, туалет и душ в конце общего коридора. С очереди на квартиру нас практически сняли. Почему? Из-за Брежнева. На очереди стоял мой муж. Чтобы не отдавать сына в садик, где он очень болел, мы работали в разные смены, сменяя друг друга. От общежития до завода ещё надо было доехать, так что полчаса между сменами ребёнок оставался один в комнате. Когда умер Брежнев, на заводе объявили, что первая смена домой не идёт, а будет траурный митинг. Ну а Саша на митинг не остался – перепрыгнул через турникет и ушёл- дома был один полуторагодовалый Димка. За это нас передвинули в конец очереди.

Но вернёмся к тёте Вере. Когда родилась Ленка, тётя приехала проведать нас в Ивано-Франковск и пришла в ужас от того, как мы живём. И знаете, что она сделала? Поменяла Алупкинскую квартиру на Ивано-Франковск и переселила нас к себе! После семи лет общей кухни и стирки в «постирочной» мы очутились в тёплой квартире, со всеми благами цивилизации, тёти Верочкиными простынями, пирожками и возможностью пойти куда-нибудь вечером вдвоём! У Золушки не было большего чуда, чем у меня благодаря доброму ангелу тёте Вере.

Когда Димке было 7, а Ленке 3, тёте Вере исполнялось 70.  Она задумала большой праздник. Приехала её ближайшая подруга из Перми, младшая сестра из Москвы, были и ещё какие-то гости. Стол был накрыт и квартира полна немыслимых ароматов. Мы ждали только моих родителей. Они должны были приехать к семи.

Я, дети, Саша и тётя Вера отправились на вокзал встречать. Из Симферополя в Ивано-Франковск поезд шёл так: сначала до Львова, там вагон отгоняли на запасной путь и перецепляли к поезду Львов – Черновцы. Пассажиры оставляли вещи в вагоне и шли гулять, а к вечеру возвращались и ехали в Ивано-Франковск.

Стоим мы на перроне, вместе с нами среди других встречающих администрация какого-то клуба, которые ждут Симферопольский оркестр. Все волнуются, так как поезд стоит пять минут, а куда прицепят вагон – в конец или начало – неизвестно. Половина встречающих бежит в один конец, половина в другой. Подходит поезд, вот и вагон Симферополь- Ивано-Франковск, но…из него никто не выходит! Показываются два проводника с мутными глазами и заплетающимися языками объясняют, что они перепутали время отбытия и поэтому все пассажиры остались во Львове! «Так мы им сказали приходьте в п’ять, а надо было в чотыре». 

-А инструменты где?! – кричит администратор клуба. 

-А тута! У нас все тута, довезём до Черновцов и там сдадим, не беспокойтесь!

Пока администратор орёт на одного из проводников и требует пустить его забрать инструменты, тётя Вера договаривается со вторым, что она заскочит и быстренько заберёт чемодан брата. Почему-то ей казалось, что она опознает папины тапочки моментально. Но увы, поезд трогается, а тётя Вера уже стоит на подножке и явно примеряется как бы соскочить, а поезд убыстряется и тут мой Саша с диким криком НЕЕТ! бежит за вагоном и вскакивает на ступеньку. Я с детьми на перроне. Поезд уехал. Всё. Занавес! Постепенно прихожу в себя и с ничего не понимающими детьми возвращаемся домой.

А дома гости, накрытый стол и уже не хватает не только брата именинницы, но и самой именинницы и моего мужа. И никто не может понять зачем они уехали в Черновцы, так как посреди моего рассказа Ленка начинает реветь, а тётя Надя кричать, что я сошла с ума.

Тем временем тётя Вера отыскала- таки родительские чемоданы и на следующей остановке им предложили сойти. Но есть ещё одна проблема – у них в кармане мелочь на трамвай, а никак не на поезд. Но тут уже протрезвевшие проводники, чувствуя свою вину, договорились с коллегами и посадили их на поезд в Ивано-Франковск.

Пока они добирались до дома, мы с гостями все же сели за стол и пили за благополучное возвращение юбилярши, что, наверное, и помогло. А утром появилась смертельно уставшая мама. А папа? Папа поехал в Черновцы за чемоданом. Так что растерянный, он появился только к вечеру, но так обрадовался, что вещи есть и мама не будет (как он себе уже представлял) спрашивать «как это не нашёл !!!» , что сразу расслабился и мы опять сели за стол доедать-допивать то, что осталось и каждый заново рассказывал как он… Ну вы уже всё знаете.         

Триумф

 

Кто же не мечтал о триумфе, хотя бы маленьком, хотя бы пустяковом. Если покопаться в памяти – да было, конечно было...

Год, наверное, 80-й или 81-й, то есть мы были уже родители со стажем, но ещё достаточно молодые, чтобы … Я задумалась. Чтобы что? Если чтобы валять дурака с удовольствием, то мы и сейчас ещё вполне. Ладно, довольно введений.

Мой муж съездил в командировку в Москву и привёз сыну игрушечный пистолет. В Киеве таких не продавали, в те времена много чего продавали только в Москве. Через пару дней после приезда мы праздновали день рождения, на который собралась вся наша весёлая компания.

Пистолет выглядел совсем как настоящий, копия какой-нибудь береты. Если честно, то я не очень разбираюсь в стрелковом оружии и максимум на что я способна это отличить пистолет от винтовки. Но все наши друзья в один голос утверждали, что прямо настоящий. Стрелял он пластиковыми пульками.

Все изрядно выпили, как было заведено в те годы. Кто-то предложил испробовать пистолет. Из спичечных коробков соорудили башенку. Мой муж с самым серьёзным видом тщательно прицелился и, как заправский ковбой, выстрелил. Башенка рухнула. Что тут началось! Немедленно были забыты и именинник, и даже мои пироги (не надолго).

Все мальчики хотели стрелять, все жены за них страстно болели. А пистолетик был один! Поэтому это мероприятие затягивалось. Но как ни уговаривали моего мужа повторить мастерский выстрел, он категорически отказывался. В этот вечер, как и во все последующие, больше никто и не попал. Триумф этого меткого выстрела вспоминается до сих пор.    

Киевский портной. Рассказ моей свекрови

 

В Киеве, на Подоле жил один еврей-портной, скажем Хаим. Жил в маленьком домишке с женой и детишками. Семью кормить надо, а какой на Подоле заработок? Вокруг одна голытьба – кому заплату поставишь, кому пару перелицуешь. Много ли заработаешь? Надо бы в верхний город перебираться, где публика почище. Да ведь нужен вид на жительство, а на какие гроши его купишь? Но все же копил наш портной копейку к копейке, полушку к полушке и снял на Владимирской, во дворе (от начальственных глаз подальше) комнатёнку. И начал зарабатывать чуть побольше. Да вот беда – хоть вечером-то надо же человеку выйти на свет божий, от иголки оторваться. Ну не на свет, ну хоть в темноте знаменитого киевского воздуха вдохнуть. Вот тут и ждала его беда – околоточный Степан. Спасали нашего портняжку быстрые ноги. Как увидит, что Степан к нему приближается – сразу бежать. Ну а Степан, ясное дело – за ним. Ему в сапогах да мундире, да с порядочным телосложением бежать тяжело, а у Хаима – ни сапог, ни телосложения, одно теловычитание, если позволите так выразиться. Но всё же иногда и догонял его Степан. И первым делом: предъяви вид на жительство. Приходилось откупаться. Степан, тоже не дурак, много не брал - спросишь раз больше, так портной и съедет к себе на Подол, за черту оседлости. Так они и бегали, пока скопил-таки Хаим нужную сумму и выправил себе вид на жительство. Вернулся к себе – и опять за работу, а свидетельство в карман положил. Вечером вышел на улицу разогнуть спину, а Степан уже тут как тут. Пустился Хаим бежать, по привычке. Но после опомнился и стал замедляться, а Степан тут уже со своим «стой! А ну покажи вид на жительство!» И Хаим достаёт бумагу и Степану показывает!

-Хаим, что же ты от меня бежал, раз у тебя бумага есть?

-А мне доктор для укрепления печени прописал по вечерам делать моцион, вот я и бежал

-Да ты же слышал, что я за тобой бегу, что же ты мне не крикнул?

-А я думал доктор и вам, ваше высокоблагородие, тоже прописал вечерний моцион.

Так что гуляйте вечерами – доктора говорят, что очень полезно.

Пока я писала этот рассказ, я задумалась о двух вещах: что же такое «вид на жительство» и как возникла черта оседлости. Недолгие поиски в Интернете привели к интересным статьям.

Вид на жительство в современном языке называется паспорт. В царской России паспорт был аналогом загранпаспорта. А вид на жительство требовался тем, кто поменял место проживания. То есть, ремесленник (неважно какого вероисповедания) мог спокойно прожить безо всякого документа до тех пор, пока не собрался переехать в другое место. Так что система пресловутой «прописки» изобретена отнюдь не большевиками, а за пару веков до этого. Вообще статья очень интересная и нет смысла пересказывать.

https://wolf-kitses.livejournal.com/141139.html

История пресловутой черты оседлости тоже весьма любопытна. Все началось с обычной конкуренции. Как только евреи-купцы стали чуть удачливее коллег, на них накатали «телегу», а дальнейшее известно. Так что я вам тоже предлагаю хотя бы просмотреть https://eleven.co.il/jews-of-russia/history-status-1772-1917/14679/ - полезно знать историю своего народа.

Да, а кто помнит что такое “перелицевать”?

Про Никиту

У нас во дворе появился новый мальчик – сообщила моя пятилетняя дочка – его зовут Никита. Он будет ходить с наш садик.

Через пару дней Никита пришёл в гости. Он перешагнул через порог и серьёзно представился: Никита Марулов. Представился по всем правилам этикета, с поклоном головы и, как помнится, даже шаркнул ножкой. Воплощённая вежливость и воспитанность. Так началось наше знакомство.

Семья переехала из Москвы. Кроме Никиты в ней были молодой папа и очень красивая мама. Никита оказался замечательным ребёнком, с которым случались всевозможные приключения.

Любовь

Как-то вечером раздался звонок: это папа Никиты и он очень просит Ниночку к телефону.

- Ниночка уже засыпает, завтра утром они встретятся в садике.

В трубке сдержанное похрюкивание  и:

-он говорит, что умрёт до утра, если не поговорит с Ниночкой!

Я сочла причину уважительной. Пришлось поднять ребёнка из кровати и отправить разбираться с пятилетним Ромео.

Болезни.

Никита не был особо болезненным, но каким-то невезучим. Он переболел желтухой, сломал ручку, упав с дерева, в первом классе его забрали с аппендицитом прямо из школы. Это всё не уникально. А вот как-то зимой он с родителями поехал в деревню к бабушке и его …укусила лошадь. Укус был серьёзным – пришлось зашивать рану. Никита объяснил мне это так: понимаете, тётя Ира, на мне была кроличья шуба, а лошади питаются кроликами, и она меня укусила, так как думала, что я кролик.

Никита и урок труда

Первый класс. Урок ручного труда, пришивание пуговицы. Набор для уроков, конечно, собирала мама. Она выбрала большую и яркую красную пуговицу с двумя дырочками. Такую, чтобы пришивать было не сложно. Никите пуговица понравилась. Зачем пришивать такую красоту к какой-то тряпочке. Недолго думая, он снял школьную форменную курточку, отрезал среднюю пуговицу и пришил красную. Вполне хорошо пришил и гордо пришёл домой показать свои успехи.    

Никита и попугай.

В первом или втором классе Никите купили попугайчика. Мы с дочкой зашли на него посмотреть. Чудный зелёненький волнушка прыгал по клетке. Я буду учить его говорить – сообщил Никита.

Месяца через два-три встречаю мальчика и спрашиваю, как успехи попугая.

-Не очень, он выучил только одно слово

-Какое?

-Тьфу-ты!

- Как это, почему?

-Понимаете, я ему говорю: скажи «здрасьте», а он молчит. Я повторяю и повторяю, а он молчит и или чирикает. я ему говорю: скажи- «Никита», а он молчит. Я говорю «тьфу ты!» и ухожу. И так много раз. А теперь он говорит «Тьфу-ты» И ВСЁ!

Я выразила своё восхищение и сказала, что это совершенно необыкновенный попугай, другого такого нет.

 Через пару дней встретила во дворе маму Никиты и тоже восхитилась необыкновенным попугаем. Мой восторг плохо сочетался с выражением её лица. Оказалось, вся история была плодом Никитиной фантазии от начала до конца.

 Никита и драс-охотник

Моя дочка и Никита ходили в кружок английского языка, которым руководил совершенно необыкновенный человек, Сергей Семёнович. У него была своя особая система и дети довольно быстро и легко начинали разговаривать, читали стихи и играли в разные английские игры.

В классе втором или третьем я решила дополнить их знания и дать немножко чтения и грамматики. Мы с Никитиной мамой решили, что вдвоём детям будет веселее. Моих знаний вполне должно было хватить. На одном из первых уроков читаю текст и в нём фраза  «Mr. Smith is a good hunter».

-Никита, переведи

-Мистер Смит, ..мистер Смит… мистер Смит…

- Ты не знаешь слово «hunter»?  Hunter – это охотник. Теперь переводи.

 -Мистер Смит, ..мистер Смит… мистер Смит…

- Ты что, забыл что такое «good»? Вспомни- good morning, good evening. Вспомнил?

И Никита, с напряжением в голосе выдаёт: «Мистер Смит драс-охотник!»

-Что-что? – не поняла я

-Ну как же, тётя Ира – в голосе уже чувствуются слёзы - good morning – это «дравствуйте», значит good – это «драс», а morning – это «твуйте»!

Никита и рыбка

Класс четвёртый ли пятый. Жаркий май месяц. Детей повезли на экскурсию за город. Лес, речка – чудесный день. Никита поймал рыбку. Гордый своим успехом – единственный в классе – он посадил рыбку в банку с водой и торжественно вёз маме. Погрузились в автобус. Никите досталось место у окна. Ехали довольно долго, а тут ещё час пик, в городе застревали на каждом светофоре. На очередной такой остановке правее автобуса остановился троллейбус с открытыми, по случаю жары, окнами. На сидении напротив Никиты сидела толстая тётка в цветастом платье. И вдруг Никита выхватил свою рыбку из банки и через два окна запустил ею в тётку. И рыбка точно приземлилась к тётке на колени. Автобус тронулся под дикий визг, доносившийся из соседнего троллейбуса.

Через несколько лет семья опять куда-то переехала и где они сейчас я не знаю. А в памяти остался весёлый и находчивый мальчик с очень нестандартным мышлением.

Наши кошки

 

Мама моя не любила домашних животных. Папа животных любил и настаивал, что ребёнку полезно расти вместе с питомцами. Так, когда мне было лет 5, мне купили аквариум. Он меня нисколько не занимал и через два года, при переезде на новую квартиру, с нами не переехал. В новом доме я потихоньку подкармливала дворовых кошечек, но домой не приводила. Так и выросла. И вышла замуж, и мы переехали с мужем и его родителями в старый дом на улице Артёма. Мы переезжали в результате обмена. До нас в квартире жило три человека и пять котов. Один из них не пожелал переезжать, забрался на шкаф и просидел там всю ночь, но утром его все же увезли. Когда я мыла пол (паркетный, так что мыла его не часто), то запах котов чувствовался. Чувствовала его не только я – в первый год мы не подозревали, что в доме есть мыши. А когда грызуны осмелели, Гриша принёс сначала кошку, которую мы назвали Бетси Тверская,поскольку она необыкновенно напоминала Маю Плисецкую в этой роли. Но она оказалась половозрелым котом, который попытался пометить территорию и удрал. Потом некоторое время жил у нас Франтик. Не долго, я мало его помню. Он очень любил залезать на старую акацию, росшую во дворе, а потом боялся слезть. И моя чудесная свекровь стояла под деревом и уговаривала его «Франтик, ты же из интеллигентной семьи, незачем лазить по деревьям и давай уже, спускайся». Помогало.

Потом появился котёнок и мы назвали его Мяусом. Он из квартиры не выходил, был вполне домашним и, тем не менее, воришка. Только зазеваешься, а Мяус уж что-то стащил. Через год мы собирались на дачу. Переезд с ребёнком на три месяца за город – это проект! С собой нужно было взять всё – посуду, постели, продукты, таз для стирки и ещё масса всего. В доме был полный бедлам. Я вынула из морозилки кусок мяса и накрыла миской.

-Мама, а что под миской – спросил мой двухлетний сынок

-Мясо, от Мяуса – так конспективно отвечала я, поскольку голова занята другим

- Ты зарезала Мяуса?! – ребёнку явно слишком много читали русские народные сказки.

 Мы все время решали, что делать с котом – брать с собой на дачу или оставить дома.

В конце концов я поняла, что складываться, отвечать на вопросы сына и стеречь продукты одновременно просто невозможно. И я заперла Мяуса на балконе, к которому он был вполне привычен. А потом его там не оказалось, и обратно он не вернулся. Обиделся и ушёл. Не вернулся и не нашёлся, сколько мы его ни звали.

Годы спустя в доме появился ещё один кот. Именно в доме, не у нас. Утром он выходил гулять, а когда возвращался, садился под соседской дверью и ждал. Проходившие мимо, звонили в дверь и кота впускали. Обычно он сидел на втором этаже, и я была уверена, что это кот Колесниковых. Оказалось, что не совсем. Он сам выбирал куда сегодня идти. И как-то раз решил перебраться к нам. Мы звали его Самовар, поскольку он чудесно громко урчал. Ему у нас понравилось, и теперь уже к нам звонили, чтобы мы впустили его. Самовар не только урчал. У него было много разных интонаций, и его легко было понять – он объяснялся вполне членораздельно. Этажи в доме были высокие, стены толстые и подоконники широкие. В парадном окна располагались между этажами. Подоконник находился на высоте больше двух метров. Как-то вечером Самовар явился, но в квартиру не зашёл, а настойчиво требовал следовать за ним. Оказалось, что в парадном на подоконнике сидит кошечка и боится спрыгнуть. Пришлось Грише взять стремянку и идти спасать кошку. Она была красавица, редкой раскраски и очень грациозная. Очутившись на лестнице, тут же бросилась бегом вниз. На следующий день я видела парочку во дворе. А потом Самовар стал настойчиво звать её в гости. Мы несколько дней наблюдали это ухаживание. Каждый день ему удавалось довести даму сердца ещё чуть выше (мы жили на третьем этаже), но в конце она не решалась и удирала. И вот свершилось! Услышав знакомый мяв, я отворила дверь и в квартиру зашёл Самовар и его красавица. Как обычно, кот направился в кухню, к мисочке с едой. И кошечка с ним и стала есть без церемоний. И тут до Самовара дошла простая истина, что мисочка-то одна! Без долгих размышлений он надавал своей пассии оплеух и погнал её к двери. Она стремглав бросилась вон, а Самовар отправился ужинать. Любовь любовью, а голод не тётка.

Забирать кота с собой в Израиль не имело смысла – ему привольно жилось в нашем доме. Как мне писали, он тут же избрал себе главной квартиру этажом выше и без проблем счастливо дожил до вполне преклонного возраста.

В Израиле нам вначале было не до животных. Уличные кошки казались дикими и какими-то тощими. Однажды я выбрасывала в темноте мусор из ящика вылетел на меня кот. Я получила классический апперкот в подбородок и познала простую истину: оказывается, кот очень твёрдый! Особенно кот летящий. Синяк не сходил пару недель. По моим наблюдениям, наша алия одновременно увеличила популяцию уличных котов и улучшила породу бродячих Мурок. Иной раз таких красавиц можно увидеть, хоть на выставку.

Вскоре после того, как мы поселились в своей квартире, сын принёс домой щенка. Начался период собак. Но я пишу о кошках, хотя о четвероногих друзьях тоже есть что сказать.

Последней нашей кошкой была Мисси. Бывают люди с плохой кармой. Я лично близко знала двоих таких и уверена, что беды и несчастья, которые на них обрушивались, не были результатом их промахов или поступков. Судьба. Так и Мисси, к сожалению, была кошка с плохой кармой.

Красивого персидского котёнка приобрела молодая пара и назвала Мисси. Когда родился ребёнок, оказалось, что девочка страдает аллергией на кошек. Пришлось выселить Мисси на служебный балкончик. Там, за дверьми, она не вредила ребёнку. Там она и жила на площади около двух квадратных метров. Прошло несколько лет, и хозяева Мисси купили новую квартиру. Там отдельной комнаты для кошки уже не предусматривалось. Куда отдать Мисси? Было её очень жаль, но никто не хотел брать пусть и персидскую, но вполне взрослую кошку. Хозяйка Мисси – подруга моей дочки. К этому времени собака Тяпа, к которой мы все были привязаны, умерла от старости. Ну словом, вам понятно, где оказалась Мисси.

Её принесли в нашу просторную квартиру с любимым ковриком и прочим котячим приданным. Она огляделась, мяукнула и … исчезла. Два дня никто понятия не имел, где кошка. Я начала подозревать, что она удрала. Но все же голод заставил её появиться. И она начала осваивать неожиданно огромную для неё территорию. У нас часто открыты окна, да и дверь в те годы открывалась часто. Удерживать кошку насильно в квартире я не считала возможным. Пусть себе гуляет во дворе, компенсируя годы заточения. Постепенно Мисси все расширяла свои владения, но исправно возвращалась, и ночевала только дома. Любила она сидеть на балконе, охотясь на голубей. Весьма успешно. И не только голубей, но и других птичек, порой сбивала на лету, что меня огорчало, но что поделать? Как-то поздно вечером наша охотница не вернулась. Муж забеспокоился и пошёл её искать. Оказалось, она запуталась в колючей проволоке на соседнем заборе. Вынуть её не было никакой возможности. Гриша с сыном вырезали кусок проволоки и так вместе с железякой повезли её к ветеринару в дежурную клинику. Здесь ей был оказана немедленная помощь – рентген, анализы, чуть ли не кардиограмма. Если бы наша Сорока работала с такой скоростью! Кошку под наркозом высвободили, перевязали и отправили домой. Но увы, ни антибиотики, ни уход не помогали – Мисси явно угасала. Пришлось опять ехать в кошачью клинику. Диагноз был скверный – гангрена хвоста. После ампутации Мисси быстро пошла на поправку. И прыгала всё также ловко. Всем, кто её не знал раньше, мы говорили, что это такая специальная порода «персидская бесхвостая». Надо сказать, что все эти беды не улучшали характер кисы. Она могла безо всякой причины здорово цапнуть или поцарапать. А под хорошее настроение давала себя гладить, урчала и была ласкова. Больше серьёзных неприятностей с ней не случалось, но всё же век её оказался не слишком долгим. Какая-то хворь с ней приключилась и из неё она уже не выбралась.

Мисси

А теперь у нас Киса, которая сама нас выбрала.Она явилась не известно откуда в последние дни папиной жизни, села под дверью и ни за что не желала уходить. Трёхцветная красивая кошечка, чистая и абсолютно домашняя. Идёт на руки, даёт себя гладить и трётся об ноги. Скажу честно, я не хотела заводить никаких домашних животных. Но мне ничего не помогло. Пять дней кошечка осаждала нашу квартиру. Я вышла во двор, присела на скамейку. Кошка тут же взобралась мне на колени и стала мурчать. Я сдалась. Так что у нас новый член семьи по имени Киса. Я решила дать имя без претензий, как у Маршака – «назовём-ка мы кошку кошкой».

Вот уже полгода прошло. Киса вполне освоилась, прибавила в весе и чувствует себя хозяйкой. 

 

      

-   

 

Мама для мамонтёнка

 

Помните, был такой добрый мультфильм как искали маму для мамонтёнка. Хотите расскажу, как я искала маму мамонтёнка?

Пионерлагерь был, кажется, в Буче, посреди леса. Я была уже в старшем отряде, лет двенадцати. В младшем отряде была маленькая девочка, которая никак не могла примириться с жизнью в лагере. Плакала целыми днями. Она была маленькая, худенькая. Про таких говорят – заморыш. Я её иногда пыталась утешить, но безуспешно. В конце концов, где-то посередине смены, над ней сжалились и решили отправить её домой. Меня вызвали пионервожатые и предложили сопроводить девочку к маме. За это доброе дело я могла вернуться в пионерлагерь следующим утром. Почему выбрали именно меня, я не знаю.

Проблема заключалась в том, что где найти её маму было не известно. Никому не известно, даже пионервожатым. Девочка говорила, что мама работает в Ботаническом саду не далеко от вокзала. Так что меня спросили знаю ли я где в Киеве Ботанический сад.  Не далеко от вокзала – значит старый Ботанический, решила я. И уверенно сказал, что знаю.

Мы дошли до электрички и отправились в Киев. Потом пересели на трамвай, доехали до входа в Ботанический. "Это не здесь" -  уверенно заявила моя подопечная.

Что же мне делать? Было жарко, не помню, чтобы мы что-то ели или пили. Я и сама уже устала, а малышка понуро плелась за мной. Как попасть с вокзала в Новый ботанический я не помнила.  Малышка же упрямо уговаривала, что ехать к маме на работу нужно на электричке. Но куда? Из Киева есть много направлений. Каким боком Новый Ботанический выходит к железной дороге я не представляла. Мы всегда ездили туда на троллейбусе. Хорошо, хоть вокзал один, а не как в Питере или Москве. Вернулись мы на вокзал, и я стала читать девчушке названия остановок на разных направлениях пригородных поездов. Ни на что не реагирует, совсем приуныла. И вдруг читаю - станция Ботаническая! Спрашиваю – это там? Отвечает не знаю, в голосе опять слёзы. Решила я рискнуть, не везти же её обратно в пионерлагерь. Да и был у меня свой интерес – если бы мы нашли маму, то я могла успеть съездить домой и выкупаться, и переночевать. Неслыханное счастье в пионерлагере – вымыться под горячим душем. 

Словом, дождались мы нашу электричку и поехали. Я раньше в этом направлении ни разу не ездила. Поэтому всё время прислушивалась, когда же наконец объявят Ботаническую. Как только вышли на платформу, девочка ожила и уверенно потащила меня по тропинке от станции. Искомая мама поливала из шланга клумбу. Не знаю кто из нас троих обрадовался больше.

Домой я попала под вечер, немало удивив своим появлением родителей. Можно ли такое вообразить сегодня? В Израиле точно – нет.