Такой разный Тель Авив

 

Два последних дня каникул я гуляла с внучками в Тель Авиве. Один день со старшей и один с младшими.

Я люблю Тель Авив еще с тех пор, как мы жили в Рамат Гане 33 года тому назад. Рамат Ган, конечно, почти Тель Авив. Но всё-таки почти. Для меня Тель Авив – город-праздник. Особенно старый Тель Авив, который еще кое-где сохранился.

33 года – большой срок, кое-что позабылось. Планируя поездку, я решила пройти от стации Хагана по улице Левински до бульвара Ротшильда. Название Левински казалось мне знакомым, но я как-то подзабыла, что это за улица. Пейзаж мне сразу не понравился. Навстечу попадались какие-то малоприятные типы. Весьма темнокожий подросток был одет в куртку, а другу, точно такую держал в руках. Покосился на нас и свернул куда-то в проход. Мне почему-то показалось, что куртки не совсем его. А потом я вспомнила! Ну конечно, Левински – это же район старой и новой центральной автобусной станции. Вон виднеется этот монстр! Занесло же меня в самую паршивую часть южного Тель Авива. Да ещё с 15-летней девочкой. Быстро сверилась с картой и ускорив шаг, стала срезать углы, чтобы выбраться поскорее в нормальный район. В какой-то улочке полицейские проводили на тротуале обыск. Впервые видела, как не в кино, а в жизни, человек выворачивает из своих сумок всё под направленным на него автоматом. Мы обошли по другой стороне это впечатляющее зрелище. Кстати, полицейские были женщины. Кстати- потому что, кроме нас и них все попадавшиеся прохожие были противоположного пола. На улицах много заборов. За ними дома либо сносят, либо капитально ремонтируют. Кое-что мне очень хотелось сфотографировать, но я не решалась ни останавливаться, ни доставать телефон. В качестве последнего аккорда был бомж, который спокойшо справлял нужду возле мусорника. Еще один поворот и всё. Нормальный город. Ещё не город-праздник, но уже не страшно. Ну что ж, сказала я Шелли, это тоже опыт и тоже впечатления. Мы приехали смотреть Тель Авив, это тоже часть его. Думаю, скоро ее не будет. На самом выходе я всё же сфотографировала один дом. Если его отремонтируют, будет красивое здание.

Бульвар Ротшильда. Здесь начинался город. Это ведь одна из первых улиц, проложенная на месте оврага. Овраг засыпали песком, обсадили деревьями, чтобы корни укрепили почву. И получился бульвар. Сколько интереснейших людей здесь жило! Каждый дом – своя история. Сам первый мэр, Меир Дизенгоф построил тут свой дом. Сегодня здание на ремонте, плотно обшито лесами. В живом журнале есть отличная статья про здания на бульваре, и мне не хочется её пересказывать. Строя свою экскурсию, я опиралась именно на неё. https://lyolik-il.livejournal.com/144099.html Очень советую почитать.

Дом почтальона Фогеля, первый на бульваре Ротшльда

Мы медленно гуляли по аллее, глазели то направо, то налево. Так же, как в Сароне, небоскрёбы заслоняют старые дома. Высотки элегантны и кичливы. Но греют душу именно старые особняки. К дому Левина мы подошли поближе. На нём сохранилась табличка со старой нумерацией. Для тех, кто ленится читать по ссылке- по предложению Меира Дизенгофа дома на бульваре начали нумеровать с номера 121. Чтобы родные в Европе, когда получат письма с адресом- дом, скажем 126, подумали «о, какая уже длинная улица в этом новом городе». Такая «обманная» нумерация продержалась лет пятьдесят.

Но не только из-за таблички мы пошли рассматривать здание. Нас привлекла открытая калитка и возможность поглядеть вблизи. Интересно, мы вроде бы только зашли за угол, а шум бульвара утих. Там во дворе есть удебные кресла, где можно посидеть, отдехнуть. Подробно про интереснейшую историю этого дома и его обитателей читайте здесь https://tomcat61.livejournal.com/10764.html

Дом Левина

Проза жизни. Кроме духовных запросов, у человека есть и телесные. Впервые я увидела автоматизированный туалет. С инструкцией и пультом управления. Почти космический аппарат. Круглая кабина, двери открываются по нажатии кнопки, закрываются сами, объявляя об этом как в метро. Нахождение внутри ограничено 20-тью минутами.  После каждого посетителя производится помывка, причём зайти, пока идёт уборка, невозможно. Несмотря на явную нагрузку, абсолютно чисто.

Мы догуляли по бульвару до улицы Бальфур и свернули по наплавлению к Аленби. Это был опять другой город. Тихая улица, однотипные старые дома. Это тот Тель Авив, по улочкам которого я так любила бродить. Я не знаю особых историй, просто мне там хорошо. 

Вот мы и на шумной Аленби. Следующий пункт – шук Кармель. Я показала Шелли ту историческую точку, где мы с сыном встречались каждую неделю. Рассказы о том, как мы положили себе в питу по ложке острейшего схуга, или о том, как у нас украли сумку с продуктами, или как я села не на тот автобус  и оказалась в Бней Браке в канун субботы- все эти семейные легенды Шелли знает. И все они связаны с шуком Кармель. Мы не зашли в него далеко – толпа не та стихия, которая девочке нравится. Так что мы быстро оттуда выбрались оттуда и пошли к морю. А море было чудесным. Нашли скамейку для любования и просто отдыхали. Мы уже изрядно прошли к этому моменту.   

Остался невыполненным ещё один пункт программы. Сумасшедший дом. Нет, конечно, не лечебное учреждение, а дом с сумасшедшей архитектурой. Его даже на карте обозначают как Crazy house. Мы обошли его со всех возможных сторон. И полюбовались им из парка напротив. Про историю дома читайте здесь, пересказывать не буду https://trampic.com/%D0%BF%D0%BE-%D0%B4%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%BC-%D0%B8-%D0%BF%D0%BE-%D0%B2%D0%B7%D0%B3%D0%BE%D1%80%D1%8C%D1%8F%D0%BC/%D0%BF%D0%BE-%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0%D0%BC-%D0%B8-%D0%B2%D0%B5%D1%81%D1%8F%D0%BC-2/crazy-house/

На этом наша прогулка по Тель Авиву закончилась

А следующим утром, тем же поездом в 9:40 мы ехали с младшими. Теперь уже до станции Савидор. (Чур, меня, чур когда-нибудь выходить на Хагане).

Здесь пересели на метро, и в Яффо. Погуляли по знакомым улочкам. Искали мы галерею Франка Мейслера. И никак не могли найти. Как только подаешь в лабиринт узких улочек старого  Яффо, GPS практически перестает работать. Пришлось закрыть телефон и обратиться к людям. Зашли спросить в крошечный магазинчик. Милая хозяйка сразу огорчила – скульптор умер и его дочь галерею закрыла. Тут же вмешалась одна из посетительниц: галерея есть, но меньше и в другом месте. Она в двух словах, абсолютно четко объяснила где. На случай, если вы будете в Яффо, проверьте. Напротив фонтана «знаки зодиака», рядом с кафе Padre. Увы, там было закрыто. В компенсацию за наше кружение вверх-вниз-вверх без результата, мы в этом славном кафе сели пить вкусный шоко. И пошли обратно на метро. А уже на остановке выяснилось, что в кафе девочки оставили рюкзачок. Так что опять вверх-вниз. Рюкзачок нашелся, но утомительно как-то получилось. Ничего, главное – не унывать. Кстати, на площади, через которую пришлось пройти 4 раза, стоит ёлка. Честно сказать, как-то странно она выглядит в летнюю погоду.

Вторая часть нашей прогулки была по тому же бульвару Ротшильда. Мы внимательно рассмотрели памятник основателям Тель Авива. Поговорили о некоторых домах, опять посидели в саду дома Левина. Пора было и подкрепиться. Конечно, есть где покушать  и на самом бульваре, но я предпочла свернуть в более демократичную Нахалат Биньямин. Тем болеее, что оригинальная реклама на углу приглашала в японский ресторанчик. После изрядного количества километров, еда была очень кстати. Смело могу рекомендовать это место. Вкусно, очень быстро и всё с улыбкой. В качестве бонуса – туалет с подогреваемым сидением, как в Японии. Тоже впечатление.

Дальше была только дорога домой.

 

 

 

 

Тени забытых предков или раз плюнуть

То, что прозошло в у нас последние пару недель-это совершенно удивительная история. Рассказать её связно не просто.

Проедставьте себе, у меня есть фотграфии записи в книге регистрации рождений и смерти о рождении.... моего дедушки! А кроме этого ещё и листы всеобщей переписи 1897 года(!), где указаны мои пра-прадед и пра-прабабушка!

Никогда не думала, что такое увижу. А теперь по порядку.

1.

Мы с Гришей поженились в 1974году. Ещё до свадьбы Гриша показывал мне генеалогическое древо семьи Штеренгас, то есть его мамы. Собрала все имена тётя, историк по образованию и по призванию. Все Штеренгасы восходили к Герш-Йоэлю, который по семейному преданию владел мельницей в городе Проскуров. К моменту нашей свадьбы в Гришином поколении было всего четверо троюродных братьев. Более близких родственников, чем троюродные,  ни у меня, ни у Гриши не было.

В году, наверное, 80-м  у Гриши была командировка в Ленинград, где жил Саша, второй из четырёх потомков Штеренгасов.  И тогда же из Москвы  к Саше приехал Женя, третий из четырёх. Я поехала за компанию, взяв пару дней отпуска. Мы захватили с собой древо. Братцы окрестили встречу «съездом наследников Штеренгасовской мельницы». В первый же вечер, развернув древо, начали пить за всех подряд, начав с Герш Йоэля. Закусывали мы лососем портфельного посола. Дело в том, что Саша – ихтиолог. Незадолго до «съезда» он летал в Армению, на некое озеро, где разводили лососей. Ему нужно было доставить свежевыловленную рыбку за 24 часа, так как позже она для эксперимента не годилась. Вернувшись в аэропорт, он обнаружил, что по погодным условиям рейс в Ленинград отложен. Пришлось возвращаться на озеро за другой рыбкой, а ту, что уже для науки не годилась, он положил в портфель и засыпал килограммом соли. Вот этого лосося мы и ели. Очень быстро мы поняли, что на всех родственников у нас сил не хватит, и мы перешли на группы, потом на поколения. Часам  к двум ночи водка кончилась, и чтобы выпить за родителей, Саша достал настойку зизифоры. Не спрашивайте меня, что это такое. До детей мы так и не добрались. Не то зизифора кончилась, не то силы. Все-таки трём братьям утром нужно было на работу.

В век компьютеризации и баз данных заниматься гениалогией стало интересней  и немного проще. Мой муж несколько лет тому назад подписался на программу Heritage.  В неё мы занесли всех наших родственники со всех сторон, о которых мы знаем. Когда мы начинали эту работу, некоторые из старшего поколения были ещё живы.

 

2.

Мой дедушка родился в 1891 году. Его отец – Борух Герш- приехал в Киев и открыл мясную лавку. Было у него 12 детей, но до взрослого возраста дожило пятеро. Я о них уже написала. О брате Борух Герша я знала только что его звали Иосиф, что было у него много детей, из которых я знала только двух дедушкиных кузин - Ольгу Иосифовну и Рахиль Осиповну. Обе они жили в Москве. О существовании других московских родственников я даже не предполагала. Был ещё Матвей Подольский, но в каком мы родстве- я понятия не имела.

В Киеве жила ещё одна родственница, для меня тётя Дора. Но в моём детстве все старшие назывались тётями и дядями, не зависимо от наличия родства. Мне было вполне достаточно факта, что она из семьи Подгаецких, а как – не важно.

В Израиле оказалось, что у тёти Доры есть ещё родные сёстры Ида и Света. Иду я так никогда и не увидела, а Света, к маминой радости, жила в Беер Шеве С ней и с её мужем Исаком Гутшабесом  мама дружила. Они бывали у нас, мама бывала у них. С Дорой тоже общались, хотя жили они в Хайфе.

3.

Чтобы сдать тест на ДНК, нужно всего лишь плюнуть в пробтрку (поместить немного слюны) и отправить в соответствующую лабораторию. Услуга платная. Через какое-то время вы получите массу сведений о своём происхождениии.

Конец вводной части

Раз плюнуть

Вдруг, через Heritage получаем мы письмо. « Я Юля Гутшабес. Мой папа сдал тест ДНК и обнаружилось, что у нас много родственников с фамилией Подгаецкий. И мои тёти вспомнили Мирьям Подгаецкую, которая указана в вашем дереве». Поскольку я тест ДНК не сдавала, то у меня возник вопрос- а кто же сдавал? А также в каком родстве мы, Юля и те Гутшабесы, которых я знала.

Оказалось, что у моего прадеда кроме брата Иосифа была ещё сестра Доба. И тётя Дора, и её сёстры – это потомки Добы. То есть мой пра- прадед Борух Герш и Юлина пра-пра-прабабушка Доба были брат и сестра.

Но если у Добы было всего двое дочерей,  у Борух-Герша- 12 детей, но до взрослого возраста дожили пятеро, то у Иосифа было 10 ( 5 мальчиков и 5 девочек), и все они выжили и у большинства были дети и так далее. Поэтому, благодаря Иосифу, Подгаецких не так у ж мало

О тесте ДНК вот что пишет Юля:

«Про тест ДНК это интересная история. Его сделали потомки Иосифа Подгаецкого - брата вашего прадедушки Боруха Герша и нашей прабабушки  Добы. И эти потомки тоже не знали о существовании друг друга. 

Мои помнили только одну младшую дочь Иосифа - Ольгу в замужестве Астрахан, которая жила в Москве с дочками Инной и Галей. Мы не знаем судьбу самого Иосифа, но его дети жили в Москве.

Тест ДНК сделали внук и правнучка сына Иосифа - Исая Подгаецкого. 

Исай Подгаецкий (р. 1891) и Бейла (1899-1977) - их дочь Раиса Подгаецкая (1924-2011, Москва) и Петр Лозовик - Игорь Лозовик (р.1958) - Марина Лозовик (р. 1989). 

Игорь и Марина сделали тест. 

И тут самое удивительно, что среди совпадений ДНК оказалось двое Подгаецких с испанскими именами - Mariano Podgaetzky и Manuel Rucker. Оказывается, у Иосифа было еще два сына, которые в 1927-1928 уехали в Аргентину - Леон (1900-1959) и Элиас (р. 1898). Я общаюсь с Мануэлем (как выяснилось, мы с ним даже учились в одном городе). Из рассказа их семьи:

От Леона Подгаецкого в Украине забеременела одна из кузин и чтобы избежать проблем с законом, он как истинный джентельмен сбежал в Аргентину вместе со своим братом Ильей. 

Та кузина родила мальчика в Украине с именем Maркс Подгаецкий. Имя странное, но настаивают, что именно так звучало. Он уехал по государственной службе в Канаду и дальше никто не знает точно, что произошло, но Маркс остался в Канаде, а потом переехал в Филадельфию, у него была дочь Юлия. 

Кто-то из детей Леона ездил к нему в США из Аргентины, но потом связь потерялась. 

Леон Подгаецкий в Аргентине женился на Эстер Шпигельман (1908, Украина - 1977, Аргентина) и у них родилось 4 детей: Celia (1930-2007), Jose (1935-2013), Hilda (1938-1984), David (1940). 

Леон в Аргентине поссорился со своим братом Элиасом, и они не разговаривали до конца жизни, их потомки потеряли связь, хотя жили в одном городе. 

Основной источник информации - младший сын Леона - Давид Подгаецкий»

Прямо мексиканский сериал в нашей семье. Кстати,Матвей Подольский, которого я видела в детстве, оказался тоже из потомков Иосифа. Его самого уже нет в живых, но его внук Алёша тоже увлечённо занимается гениалогией.

Раскопав всю эту информацию, Юля занялась архивными поисками. А также выстроила всё дерево Подгаецких, которое мы с мужем теперь тоже перенесли в Heritage.

 

Но это ещё не всё

Ольга Иосифовна Астрахан жила в Москве. По поколениям она была кузиной моего дедушки, а по возрасту чуть старше моей мамы. Наши семьи близко дружили. Мама – с Ольгой Иосифовной и её мужем, а я – с её дочкой Инной. Поскольку Инна старше меня лет на пятнадцать для меня она была тётя. Если я оказывалась в Москвев командировке, останавливалась у тёти Инны. Мы поддерживали связь и после отъезда. Как-то раз тётя Инна приезжала в Израиль и мы встречались. Последние годы общались через фэйсбук. И когда фэйсбук в России запретили, наша связь оборвалась, что мне было обидно. Вдохновлённая Юлей, я решила ещё раз поискать пути. Обратила внимание, что из года в год тётю Инну поздравляла с днём рождения Света, живущая в Бостоне. Ей я написала и почти сразу получила ответ – что тётя Инна здорова, живёт у сына , но о деталях Света лучше расскажет мне, если я ей позвоню, поскольку она в данный момент за рулём. Разговор вышел очень весёлый, всё, что мне нужно было, я выянила, а в конце Света поинтересовалась, с какой стороны я прихожусь Инне родственницей. И тут оказалось что мы с ней тоже родственники! И она тоже из потомков Иосифа! Я думаю, меня ждёт ещё продолжение. Я очень надеюсь, мы устроим с ней вечер воспоминаний и я узнаю подробности из жизни мой московской родни.

Так что раз плюнуть иногда имеет большие последствия.

Архивная запись о рождении моей мамы